В повести часы для мистера келли у знаком

Свидетельство о бедности () - информация о фильме - советские фильмы - Кино-Театр.РУ

в повести часы для мистера келли у знаком

Братья Ва́йнеры, Аркадий Александрович (13 января , Москва — 24 апреля , , Часы для мистера Келли (Часы для мистера Маргулайса), Следователь Тихонов. Хищения деталей с часового завода и перепродажа за рубеж. детектив, экранизация. По мотивам повести братьев Вайнеров "Часы для мистера Келли". "Крест" - это знак, символ. К сожалению. ярких, великолепных детективных произведений: «Часы для мистера Келли», . В знак того примирения Георгий Александрович недрогнувшей рукой.

Поскольку Аркадий был следователем особого отдела в МУРе сюжеты для своих детективных романов брали зачастую из жизни. Но вероятно не это позволило двум братьям стать ведущими писателями детективного жанра в советский период. Многие из повестей братьев Вайнеров получили вторую жизнь благодаря экранизациям: Всего по романам братьев Вайнеров было поставлено около 22 фильмов.

Георгий Вайнер скончался после продолжительной болезни, 11 июня года в Нью-Йорке.

в повести часы для мистера келли у знаком

О творчестве Детектив — серьезная игра Это было лет десять. Был даже один разбойник. Все они с живым участием следили за развитием событий на экране телевизора: Когда передача окончилась, один из них, грабитель, сказал с видимым сожалением: Мы были в клубе исправительно-трудовой колонии несовершеннолетних. Готовые ко многому, мы все-таки поразились тому, что увидели и услышали. Ребята, преступники в недалеком прошлом, откровенно поддерживали следователя, ловившего на экране жулье.

Ему давали советы, сочувствовали, довольно едко насмехались над очевидными промахами. Главаря шайки ненавидели, его подручных презирали, и, исходя из собственного опыта, весьма точно предсказывали скорое поражение кинопреступников.

И это люди, процесс исправления, перевоспитания которых тогда еще только начался. Правда, многие из них доверительно и откровенно сообщили нам, что вообще-то милицию они не любят, не за что им, по их мнению, милицию любить… Но милиционера экранного одобряли, исходя из очень простой и очень сложной истины: Пусть окончательный выбор еще не сделан, но сам факт, что вчерашний преступник поставлен перед таким выбором, по-человечески важен.

Oh no, there's been an error

Мы рассказали о реакции специфической аудитории, малочисленной, состоящей из людей с трудно сложившейся судьбой. Однако речь не о. Десятки миллионов людей охотно отдают свое время и симпатии в общем-то старинному, но такому еще молодому у нас жанру — детективу.

Что же это за младший ребенок в нашей литературной семье, ребенок, которого нередко ругают, но любят? Как складываются его отношения с читателем, зрителем, с одной стороны, с кино и телевидением — с другой? Строго говоря, детектив — это произведение, в основе которого — разрешение той или иной криминальной загадки. Таково уж свойство человеческой натуры, что ее влечет загадочное. В этом влечении — объяснение широкого интереса к детективу. В литературе, особенно периодической, детективные произведения встречаются все чаще и чаще.

Все больше места в нашем кинорепертуаре занимают детективные фильмы. Говорят, правда, что в последние годы наблюдается снижение зрительского спроса на приключенческие фильмы всех разновидностей, включая детектив.

Нас, мастеров жанра, это, конечно, не радует. Но поглядим на факты трезво. Когда говорят о снижении зрительского интереса, в качестве точки отсчета берут посещаемость детективных фильмов в прежние десятилетия, когда и выпускалось-то их на экраны всего. Лет тридцать назад вообще создавалось в год 10—12 картин, из них одна — от силы две относились к приключенческому жанру. Каждый зритель раз по семь смотрел один и тот же фильм, потому что других не было и телевидение тогда еще только начиналось.

Тут можно провести аналогию с футбольными матчами. Люди старшего поколения помнят, что на московский стадион Динамо, когда он был единственным, попасть было невозможно.

Когда же построили стадион в Лужниках, толпы любителей футбола принялись осаждать уже его, а не Динамо. Но вскоре, в связи с целым рядом неудач наших футболистов, и эта огромная спортивная арена стала пустовать. А вот недавно наши спортсмены вновь подняли престиж футбола и, соответственно, поднялась посещаемость стадиона. Хотя такого гигантского столпотворения, как когда-то на стадионе Динамо, уже, конечно, нет и быть не.

Ведь футбольные матчи теперь можно смотреть и по телевизору. В кино происходит то же. Приключенческих фильмов сегодня создается много, и зритель уже имеет возможность выбирать — согласно своим интересам, с одной стороны, и качеству этих фильмов — с. Что ж, это только на общую пользу. Сама собой возникает творческая конкуренция среди писателей и режиссеров, работающих в детективном жанре, побуждающая нас больше заботиться о качестве произведений.

А качество в целом, чего греха таить, оставляет желать лучшего. Увлекаясь собственно загадкой, собственно раскрытием тайны, иные авторы и постановщики детективов нередко забывают о том главном, что делает детектив произведением искусства и без чего он превращается просто в ребус пусть даже интересный.

Братья Вайнеры

В итоге читатели и зрители практически получают схему. Но ведь если детективная книга или фильм убоги, то жанр здесь совсем ни при. В чем можно упрекнуть жанр, сами каноны которого обязательно требуют от героев ума, находчивости, смелости, силы и благородства? Чем может быть плох жанр, смысл и содержание которого предполагает острое столкновение человеческих страстей, беззаветный поиск истины?

Хорошие произведения детективного жанра, как правило, вызывают всеобщий интерес — читательский и зрительский, просто человеческий, наконец, в ряде случаев — чисто личный. Совершенно естественно, что этот интерес к детективу должен быть учтен кинематографом и телевидением. Нам уже приходилось говорить о том, что советский детектив, по существу, детективом не является. Мы создаем произведения, имеющие мало общего с каноническим детективом.

Как-то мы были на встрече с зарубежными издателями. Выяснилось, что они понимают детектив, как в свое время понимал его Ван Дайн: Советскому детективу — во всяком случае, большинству его произведений — подобное построение и подчинение каким-то заданным правилам игры абсолютно не свойственно.

Термин детектив, на наш взгляд, только мешает. Это все равно, что позвать зрителей на крокет, а показать им хоккей с шайбой. В советском детективе напряженный сюжет ни в коей мере не является самоцелью. Он — средство раскрытия человеческих характеров, возможность постановки важных проблем, инструмент познания человеческих страстей, взаимоотношений, социальных и личных проблем.

Мы бы даже сказали, что нашему современному детективу более свойствен неторопливый, аналитический ход развития событий. Главное — это внимание к внутреннему миру человека. Герои советского детектива — следователь, судья, прокурор — люди труда. Или ты милиции что-нибудь про часики рассказать хочешь?

Я тебе, негодяй, покажу, как честных людей грабить! Сознание своей правоты перед законом по сравнению с этим проходимцем опьянило Коржаева. Теперь он уже был твердо уверен, что это штучки Хромого. Коржаева Порфирия Викентьевича, года рождения. На место происшествия выезжали опергруппа дежурного по городу и судебно-медицинский эксперт.

Установлено, что смерть гражданина Коржаева наступила в результате сильного удара тяжелым предметом в область переносицы. Денег и ценностей не обнаружено. Сохранность имущества Коржаева проверяется через его соседей и знакомых.

С места происшествия изъяты: По заявлению соседки потерпевшего — Осовец О. Поскольку он был одиноким, договариваться о его похоронах по просьбе остальных соседей поехала. Я приехала на Новое кладбище, где в прошлом году Коржаев похоронил свою жену.

в повести часы для мистера келли у знаком

С комендантом кладбища я договорилась о том, чтобы Коржаева похоронили рядом с могилой его жены, в той же ограде. Потом я с рабочими пришла к этой ограде. На могиле стояло небольшое надгробие с портретом покойной и табличкой: Когда рабочие снимали надгробие, они отодвинули каменный цветничок, а под ним оказался железный ящик серого цвета.

Рабочие открыли ящик и нашли в нем целый клад: На Ваш запрос Управление гострудсберкасс и кредита сообщает, что Коржаевым П. В Управление милиции гор. Коржаев, ранее неоднократно судимый, располагал крупными валютными ценностями и значительными денежными средствами. У него обнаружены похищенные часовые детали московского производства и зашифрованное письмо в Москву. Для выявления преступных связей Коржаева и работы по установлению его убийцы командировать в гор.

Москву старшего инспектора капитана милиции Приходько С. Срок командировки — двадцать дней. Как только он опускал веки, перед ним всплывало лицо убитого старика, и все, что было в его жизни раньше, сейчас, как только он закрывал глаза и видел убитого старика, казалось ему маленьким, далеким и пустячным. И он понимал, что все, случившееся в Одессе сломало тот ритм, которым он жил все свои тридцать лет.

Он понимал, что, лишив старика жизни, он навсегда лишил себя покоя. Он заглянул в иллюминатор, посмотрел на землю и заставил себя думать о чем угодно, только не о том, что. Вот шум бы поднялся!

в повести часы для мистера келли у знаком

Всю самолетную службу в уголовку затаскают. И за меня будут тоже отвечать. Как за всех остальных. А если бы мне кто-то просто так дал по черепу и доставил им мой молодой труп? Наверное, медаль получил бы?

За охрану какого-то там порядка. Только этот номер не пройдет. Лучше я сам вперед дам кому-нибудь по черепу… И с милицией больше не играю. Я теперь Хромого за горло возьму. Пусть он сейчас крутит шариками — я свое сделал. Мне надо отлеживаться на дне. А долю у него вырву. Теперь мне нужны деньги. Много денег, или заметет меня уголовка как миленького. А с деньгами прожить. С деньгами я их всех имел в виду.

Уеду куда-нибудь в Сибирь, годика на три, пока все не засохнет, а там всплывем. И поживем еще, Генка, поживем! Или в Самарканд поеду. Теплый город, круглый год можно кишмиш с урюком трескать. Лизку с собой возьму. А впрочем, какого черта за собой хвост таскать? Не по подлости, так по глупости запродаст. Так что, уважаемая невеста, Елизавета Алексеевна, придется вам остаться соломенной вдовой!.

И сразу же в груди резиновым мячом прыгнул страх, ударил под ложечку, в сердце, застрял в горле. Сообщили об убийстве старика. Внизу бежали смехотворно маленькие машины по серым жилам дорог.

От напряжения ему казалось, что с затылка, со спины сняли кожу и он может одними оголенными нервами видеть и чувствовать все, что происходит позади. А там ничего не происходило. Снова щелкнула дверь, раздался смех, и краем глаза он увидел, что летчик, поддерживая стюардессу под руку, вернулся в свою кабину. Крот выпрямился в кресле, устало закрыл. Нет, так он долго не выдержит. А вообще-то один черт! Не в этом. У самого финиша… Крот видел, как к борту подкатили трап, с шумом открылась дверь и пассажиры, расталкивая друг друга, устремились к выходу.

Спешить теперь вообще было некуда. Этого не может быть, чтобы проклятая уголовка его перехитрила. Если он проиграет эту партию, то. А если где-то пальчики все-таки оставил — тогда можно писать завещание. Это как пить дать.

Крот внимательно осмотрел через иллюминатор поле. Нет, вроде бы никого. В салон заглянула стюардесса, длинная, гибкая, плавно очерченная форменным мундирчиком, чем-то похожая на гоночную лодку. Крот прикрыл глаза, делая вид, что задремал. Москва… Он провел ладонью по лицу, хрустяще потянулся всем своим мускулистым телом. Уютно спать в самолете. Кстати, вам никто не говорил, что вы похожи на Лючию Бозе? У нее потрясающе длинные ноги. А утром бросить ей небрежно трешку и сказать: У меня глаз профессиональный, в кино не первый год.

Может быть, вы мне подскажете, как вам позвонить вечерком? Мы бы очень мило отдохнули… Она мягко засмеялась, видно было, что не хочет его обидеть. Около самолета уже никого не. Он встал и сухо спросил: Крот еще раз оценивающе осмотрел. Занял пустой столик в углу у стены, заказал коньяку, сигарет, кофе.

Официантка пошла выполнять заказ. И, глядя ей вслед, Крот подумал: Он встал и почувствовал мелкую противную дрожь в коленях и зияющую пустоту под сердцем. Стараясь идти медленнее, Крот прошел между столиками, сокращая расстояние к выходу, и как он ни твердил себе шепотом: Невероятным усилием воли остановил себя уже в огромном длинном вестибюле, вышел на площадь. Непрерывно подъезжали и уезжали такси, люди суетились с детишками, цветами и чемоданами. И каждый из этих людей мог оказаться сыщиком.

Они источали опасность, потому что их было слишком много, и каждый мог вдруг подойти и сказать: И это будет всегда, пока… Крот не стал додумывать, сел в подъехавшее такси и хрипло выдохнул: Он шел вразвалочку, не спеша, останавливался прикурить у встречных и быстро оборачивался. Нет, вроде бы никого на хвосте не тащил. И все-таки вошел не в Лизкин подъезд, а в соседний. Поднялся в лифте на шестой этаж, перешел по чердачной площадке в следующее крыло и спустился на четвертый.

К двери подошел неслышно, опираясь на пятку и мягко перекатывая ступню на носок. На лестнице было тихо. Он припал ухом и ладонями к двери, как будто обнимая. Из глубины квартиры раздавались тихая музыка и шум воды в ванной или на кухне. Похоже, что до засады еще. Он открыл дверь своим ключом. В коридоре снял плащ, повесил его и так же бесшумно вошел в кухню. Лизка стояла у плиты и в такт радиоприемнику подпевала: Волосы на ее шее скручивались в кольца, и Лизка любила, когда он наматывал эти прядки на свои пальцы.

Крот стоял за ее спиной в двух метрах, и она не слышала. Он с удовольствием и испугом подумал о том, что начал приобретать навыки зверя. Крот нагнулся и ударил ее легонько ребром ладони под коленки. Захлебнувшись криком, Лизка упала к нему на руки. Ну, что за шутки? У меня мог быть разрыв сердца! Потом притянула к себе его красивую крупную голову и стала жадно целовать пересохшие губы… Уже под утро ему приснился сон, когда-то пережитый им наяву и от этого становившийся в вялом дремлющем сознании еще более страшным.

Свет прожекторов над зоной, вспыхивающий голубым пламенем иней. Ну, еще немного, еще сто метров… Глухо поплыл в стылой морозной тишине надсадный вой сирены над колонией — побег! И Кроту кажется, что его свистящее дыхание заглушает вой сирены и гул ветра, и конвой возьмет его не на след, не на запах, а на этот жуткий, разрывающий легкие свист.

А луч прожектора ползет за ним, как щупальце спрута. Крот бежит по узкой световой дорожке, проложенной ему прожектором, и ждет пулю меж лопаток… Ужас так раздавил, что даже нет сил шарахнуться в сторону. Все равно бесполезно, сейчас конвойный вложит ему в спину всю обойму. Его удивляет, что он думает об этом и что конвой не стреляет.

Хотя за ним уже бегут. Потом раздается выстрел — один. Но свиста пуль не слышно, и Крот понимает, что это предупредительные, вверх. Он бежит еще быстрее, ударяя себя кулаками по каменеющему лицу, навстречу тайге, навстречу придуманной свободе, навстречу вечному страху. И убегает… Он хрипел и кричал со сна, слезы лились по лицу, глаза вылезали из орбит, и испуганная Лизка колотила его ладонями по щекам, чтобы он пришел в.

Потом он отдышался, размазывая кулаками слезы, уткнулся лицом в теплую мягкую Лизкину грудь и, чувствуя под прокушенной саднящей губой ее тонкую кожу, еле слышно сказал: Или я — всех, или все — меня… Кто не может танцевать в балете?

Поезд уже почти затормозил, и вагоны медленно, по одному, втягивались в огромный, просвеченный солнцем дебаркадер Киевского вокзала. Обернулся — перед ним стоял бывший университетский сокурсник Стас Тихонов.

Георгий Вайнер. Последний из "Эры милосердия"

Я ж тебя сто лет не видел! А тот его — в брюхо. Оба — по спинам. Если бы не эта случайность, еще десять лет могли не увидеться! Ты-то что тут делаешь? Может быть, знаю — кто? Разрешите представиться, товарищ капитан: А теперь извольте-ка поступить в мое распоряжение… На Петровке, 38, в кабинете у Тихонова, Приходько, отодвинув от себя пепельницу, откашлялся и закончил: И аксы, изъятые у Коржаева. Тихонов дописал что-то в своем блокноте. И я о нем сразу подумал, когда ты сказал про аксы.

Сработало жулье довольно чисто: И корпуса и аксы — одной модели. Их потом сбыть легче. Ее еще и в продаже-то не видели. Опять же — украли корпуса, которые вообще из строя редко выходят, значит, и спросом они не пользуются.

Приходько закурил сигарету, струей дыма погасил пламя спички, откинулся на стуле. Тихонов взглянул на него, усмехнулся. Года три назад с часового завода и из ремонтных мастерских стали пропадать корпуса, платины [платина — основание часового механизма], стекла.

Дальше пошли мелкие, в том числе и совсем недефицитные детали. Помню, нас это очень удивляло. А потом в скупки и на рынки хлынул поток беспаспортных часов. Тогда-то все и объяснилось: Жулики их собирали и выбрасывали на рынок по дешевой цене. Им это все равно было выгодно: Четким почерком на обложке было выведено: Тихонов сел за стол, раскрыл папку. Значит, что мы имеем на сегодняшний день?

Во-первых, иногородний владелец аксов Коржаев. Почуяв опасность, он срочно сигнализирует Джаге. Просит особо предупредить Хромого. Личность Джаги мы выявим без труда, благо имеем его адрес. Интуиция мне подсказывает, что Хромой, по-видимому, важная фигура в деле, раз его требуется предупредить отдельно. Не претендуя на роль ясновидца, я могу с большой долей вероятности предположить, что Хромой имеет непосредственное отношение к производству или ремонту часов.

Отсюда давай прокладывать каналы: Тот Хромой, о котором так грубо и бестактно писал Коржаев, скорее всего действительно имеет этот небольшой физический недостаток. Я думаю, начнем с того, что присмотримся к хромым на часовых заводах и в мастерских. Вот, пожалуй, пока. Поэтому такой тонкий вкус у сигарет… Алла равнодушно покрутила в руках изящную пачку. Из таких мелочей, как привычка к хорошим сигаретам, формируется своеобразие женщины. Во всем должно быть свое единство стиля.

И то и другое — яд. Еще неизвестно, что хуже. Мотор ровно и глубоко рокотал. А ведь за эту зажигалку я отдал Бобу-фарцовщику пятьдесят рублей. Несложный подсчет убеждает нас в том, что за указанную сумму мы могли бы приобрести пять тысяч коробок, в которых лежало бы триста семьдесят пять тысяч спичек… Алла давно знала удивительную способность мужа перемножать в уме любые цифры, но тут невольно улыбнулась. Но зажигалку я купил и получаю от нее огромное искреннее удовольствие, потому что она красива.

И все же это только прелюдия. Зажигалка — источник моего наслаждения главным образом потому, что я мог себе позволить купить. Первое я уже обосновал. Я люблю их тратить на. Я немало сделал, чтобы развить у тебя настоящий вкус к вещам, но, видимо, мне еще предстоит немало поработать. Твоя девичья фамилия Макаренко? Но я бы хотел, чтобы ты научилась испытывать удовольствие, покупая вещь, не только от нее самой, но и от сознания, что ты это можешь себе позволить.

И тогда ты познаешь радость, несравнимую с радостью самого обладания. Алла раздавила в пепельнице окурок, посмотрела в окно и неожиданно сказала: Балашов засмеялся, обошел стол и поцеловал ее в затылок. Каким-то неуловимым движением она отодвинулась. Черно-лаковая, мягко закругленная, строгая, как концертный рояль. Семьдесят пять лошадиных сил, спрятанных в компактном моторе, были послушны и злы, как призовой скакун.

Балашов нажал на акселератор, и машина, прижимаясь к шоссе, запела низкую, гудящую песню дорог. Ночью шел дождик, асфальт еще не совсем просох, и лучи утреннего солнца так сияли на нем, что дорога казалась откованной из золотых плит. Балашов надел темные очки с зеркальными фильтрами, и за окнами сразу все окрасилось мягкими зеленовато-голубыми тонами. Он взглянул на спидометр — красный дрожащий язычок стрелки впился в цифру Далеко впереди показался переезд.

Балашов перевел ручку на нейтраль и, слушая ласковый сытый шепот мотора, счастливо улыбался. Балашов, прищурясь, смотрел на окна вагонов и думал: Еще вчера дрожали руки, когда он разрывал склейку телеграммы: Этот парень начинает постигать основы серьезной, хорошо конспирированной работы.

Правда, он стал наглеть. Но это все пустяки.